Любовь Кохановская

Прохладна реченька-река:
Туземцы, побросав пироги,
В ней дружно остужают ноги...
И жарят на воде бока.

Да что за мелочи, ей-богу!
Зовёт лучистая река!
С ней спорят в небе облака -
Манят в обратную дорогу...

Туземцам же охота к храму:
Плутает колокольный звон -
Бом - левый склон, дзынь-правый склон...
А где-то ждут к обеду мамы...

Но племя не привыкло ныть.
Пирога подошла с мотором.
Рванутся по волнам с напором,
Дела великие вершить!

Наталия Дериглазова

ЗДЕСЬ ТАК ЖИВУТ

Морозный, мутный, стылый
воздух.
Пустынно. Тихо. Нет людей.
Понятно, что прожить
не просто
Свой век в провинции
Шамбэй.
На самом краешке обрыва
Худы, взъерошены, во мгле,
С десяток кур неторопливо
Копают клювами в земле
А рядом- тощая корова
Свой корм, не отрываясь, ест.
Здесь жизнь крестьянская сурова-
Остатков нет. Еды в обрез.
Невольно, глядя на картину,
Рисуешь образ, как летишь,
Сорвавшись с высоты
обрыва,
К руинам вымерших
жилищ...
Нет ярких красок. Эту
 бледность.
усилил снег от прежних вьюг.
Зима сурова. Серость.
Бедность,
где выживают
только дух,
принятие судьбы и вера,
а с ними- постоянный труд.
Всё без излишеств. Только
мера
всего во всём.
  Здесь так живут!

Татьяна Баранова.(Васильева)

Летний день в деревне.

Как хорошо в деревне летом.
Встречать восход, купаться до зари.
Пить молоко парное, щуриться от солнца, вдыхая запах скошенной травы.
И сладкий вкус малины, что собирали мы,
Я буду помнить долго, точнее - до зимы.
Походкой горделивой встречает гусь - вожак,
Расправив свои крылья, гагачет невпопад.
А мы идём тропинкой, дорога - колея.
Вот впереди деревня, здесь родина моя!
Берёза возле дома, что мой отец садил,
Встречает нас тоскливо:
"Ну, где же ты бродил?
Ты видишь ветки гнутся, и сок слезой течет.
Ты наконец вернулся!
И больше не покинешь отчий дом!"

Наталия Дериглазова

Одиночество

Горсткой риса просыпались годы
меж натруженных пальцев руки.
Над фанзой — неизменные звезды
уж погасли. Сны утра робки.

Жизнь прошла среди пастбищ овечьих
и весёлых, кудрявых ягнят.
Мало радости: хвастаться нечем,
скотовод — так о нём говорят.

Охра склонов, лазурное небо,
овцы, — мягкие, как облака,
сыр, лепёшка (подобие хлеба)
окружали его, да река.

Он стремился к счастливому Дао.
Но какому? Лишь ветер поймёт.
Жил трудом, не любя, не страдая.
Одиноко, немалый уж год...

Дом построен, хозяйство окрепло.
Только пусто в стенах, не души.
Всё ж не стала душа горсткой пепла:
Одиноким не сам быть решил.

Но какие он видел рассветы!
Волшебство на крутых скалах роз.
Нет, ещё песня жизни не спета,
Пока солнце звучит в каплях рос.